Михаил был невысоким, красивым мужчиной средних лет. Ему достались большие выразительные глаза его матери и чётко очерченный волевой подбородок отца.

В детстве все говорили – какой красивый мальчик, с него только портреты писать. В школе Миша был немного замкнутым и очень серьёзным. Учился на одни пятёрки, сам поступил в ВУЗ.

Теперь, когда за плечами осталась половина жизни, он оглядывался назад с мыслью, что, наверное, многое упустил. Становилось грустно, да и погода за окном была мерзопакостная. Ветер размазывал по стеклу капли дождя.

Он лил четвёртые сутки, и синоптики вообще не радовали прогнозами – осень. Михаил припарковался возле кладбища и вышел, хлопнув дверцы новенькой иномарки. Её он купил только год назад.

В тот день он приобретал два авто – для себя и для жены. Она только-только сдала на права. Водила очень неаккуратно, но ей это нравилось.

У неё был чёрный автомобиль, тонированный. Так хотела Катерина. Михаил шёл между могил, стараясь не наступать в глубокие лужи.

Дорожка была ему до боли знакома. Если бы раньше ему кто-нибудь сказал, что он будет так часто бывать на кладбище, он бы рассмеялся в голос. Михаил ненавидел подобные места.

Похоронив маму, предпочитал поминать её дома. На кладбище же бывал крайне редко, а тут зачастил. Кати не стало четыре месяца назад.

Жена погибла в аварии, разбилась в той самой чёрной тонированной машине. Как? Непонятно. Эксперты сказали, что установить причину не удастся, всё выгорело.

Однако было ясно. Катя не справилась с управлением и въехала в дерево. Видимо, от удара потеряла сознание.

Она не любила пристёгиваться, всегда пользовалась заглушками для ремней безопасности. Такая заглушка была и на момент аварии. Значит, ударилось о стекло, потеряло сознание и умерла в горящей машине.

А может, мгновенно скончалась? Этот вариант был лучше. Миша и Катя поженились спонтанно. Познакомились, вспыхнула искра.

Миша тогда переживал трудное расставание, а Катя просто была одиночкой по жизни. Она была красива, умна, самодовольна. Михаил влюбился в неё и сделал предложение.

Но он не был уверен, что чувства его взаимны. Всё время казалось, что Катя с ним играет. А в последние месяцы он был уверен, что у неё есть любовник.

Они прожили в браке без малого три года. Деток у них не было, не получилось. Но Михаил уговорил Катерину взять девочку из приюта.

Он с самого начала безумно хотел ребёнка. А Катя говорила, что у неё с этим проблемы, и врачи давно поставили на ней жирный крест. Каждый подобный разговор заканчивался слезами и скандалом.

Катя даже думать не хотела про обследование и операцию, говорила, что эта тема для неё закрыта навсегда. Смирилась с тем, что никогда не станет мамой. Михаил же настоял на том, чтобы они взяли малыша из детдома, иначе развод.

Катя тогда холодно пожала плечами. «Ну, будь по-твоему». Она воспитывала пятилетнюю малышку, занималась её, но Миша не видел в ней материнской любви.

Она делала всё неохотно, стала раздражительной. В какой-то момент ему даже стало казаться, что он навязал ей ребёнка, которого она никогда и не хотела. Тогда он нанял хорошую и опытную няню.

Милана, приёмная дочь, быстро полюбила Аллу Игоревну, а Катя смогла с облегчением вздохнуть. Жизнь продолжалась. Гибель Катерины стала для него шоком, особенно учитывая, что хоронить пришлось обгоревший скелет

Он помнил, как утром жена улыбнулась, пошутила насчёт его щетины. Она ушла, не поцеловав его на прощание, просто закрыла за собой дверь. Если бы он только знал, что видит её в самый последний раз.

За воспоминаниями Михаил не заметил, как ноги привели его к могиле. Катя смотрела на него с чёрного памятника и улыбалась, а он плакал. «Да кто же это делает, а?» — вдруг произнес он.

Уже в третий раз Миша заметил, что розы, которые он носит ей на могилу, куда-то пропадают. Он не любил похоронные атрибутики и приносил ей живые цветы, те, что Катя так любила при жизни. Жёлтые розы.

Она обожала их, говорила, что они вызывают у неё настоящую эйфорию. Последний букет он оставил тут не больше трёх дней назад. Поговорив с охранником кладбища, Михаил понял, что придётся вычислять вора самостоятельно.

Сторож только развёл руками, сказав, что за всем не уследишь, кладбище ведь огромное. И разумеется, ему не было большого дела до кладбищенских воришек. Но почему-то Миша был уверен, что его букет из могилы жены убирает тот, другой.

Приходит и выбрасывает его цветы из ревности. «Её нет уже четыре месяца, а ты всё ревнуешь», — сказал он, глядя на себя в зеркало. На следующий день Михаил попросил сотрудника охраны своей фирмы купить ему небольшую скрытую камеру для слежки, а тем же вечером установил её возле могилы Кати.

Он стал наблюдать. Оставил там новый букет в надежде, что тот, кто забирает его цветы, заявится снова. Так и вышло.

Не прошло и суток, как на камере появился маленький мальчик лет семи. Он подошёл, взял цветы и унёс их куда-то. Миша видел это всё в режиме реального времени, находясь в тот момент в офисе своей фирмы.

Он сел в машину и рванул на кладбище. Коллеги только развели руками. Да уж, после потери жены стал совсем не свой, никак не может оправиться.

Михаил успел. Поймал ребёнка на выходе. — А ну стоять! Я всё видел! — заявил Михаил.

— Ты зачем цветы воруешь? Миша внимательно разглядывал мальчугана. Он был плохо одет, без шапки, в одном капюшоне, ноги насквозь мокрые. А точно это он.

Михаила стали одолевать сомнения. В руках у мальца не было цветов. — Простите, — вздохнул мальчишка, — просто вы кладёте цветы на пустую могилку, а я их отношу на настоящую.

Моя бабуля умерла два месяца назад. Я видел, как её закапывали, а в вашей могиле пусто. Зачем вы вообще её сделали? Ребёнок говорил, как взрослый.

Миша покачал головой. — Ты это что сейчас сказал? Что значит я ношу цветы на пустую могилу? Там лежит моя жена, а ты забираешь букеты, которые я ей приношу. И не в первый раз уже.

Ваша жена была на своей могиле. Я тогда сбежал из приюта и шёл поговорить с бабушкой. Проходил мимо.

Посмотрел. Она стоит, улыбается. Я на фотографию глянул и понял, что это она сама смотрит на своё фото.

Я перепугался сначала, подумал, что она воскресший мертвец или вампир. А она заметила, что я смотрю, и начала ругаться, кричать. Испугалась, видимо.

Велела никому не рассказывать и угрожала. А я расплакался и убежал. Мне и так тяжело было.

Я по бабушке сильно тоскую. А тут ещё она накричала. Михаил не мог поверить в то, что услышал.

Они стояли возле ворот на городское кладбище. Дул ветер. Моросил мелкий дождик.

— А что она кричала? — спросил Миша, пытаясь разобраться. Сказала, чтобы я не лез в чужие дела и шёл своей дорогой. А когда я спросил, почему для неё сделали могилу, если она живая, стала кричать, что сейчас позовёт охранника и меня заберут в тюрьму.

А я ведь и так сбежал из приюта. Я побоялся и ушёл. Вот так.

Михаил покачал головой. — Я понял. А в чём она была одета? Ему хотелось узнать как можно больше деталей.

Поверить в то, что Катя была жива, было просто невозможно. Он уже смирился с тем, что никогда больше её не увидит. На ней была жёлтая куртка и шапка с козырьком, и волосы у неё были кудрявые, распущенные, а губы краснющие.

Мишу как током пронзило. Именно так была одета Катя, когда попала в аварию. Это её одежда.

Пояс от её куртки нашли обгоревшим. — А пояс был на куртке? — спросил Михаил. — Вроде нет.

Не помню точно. Вы простите, я больше не буду забирать ваши цветочки, раз вы так хотите. Просто бабушки никогда не дарили цветов, а тут такие красивые.

А я верю, что она всё видит и радуется, когда я прихожу на её могилку с цветами. Она ведь тоже по мне скучает, наверное. Мальчик прерывисто вздохнул и ушёл.

Михаил уже нахмурил брови. Ему стало ужасно жаль паренька, и он решил, что возьмёт его к себе. На душе стало легко, но дорогой он подумал, что такие решения не принимаются сиюминутно.

Сейчас он хочет взять к себе этого мальца только из-за того, что тоскует по Кате, а завтра что? Нет, это неправильный мотив. Михаил решил, что присмотрится к нему. И пока просто станет забирать его к себе на выходные.

Благо, работники местного приюта знали его в лицо и относились с уважением. Михаил после того, как удочерил Милану, стал постоянным спонсором. Если что-то было нужно, обращались к нему, и он покупал.

Вы хотите именно этого ребёнка? Но почему? Изумилась воспитательница. Михаил не стал откладывать свою идею в долгий ящик и заехал в приют уже на следующий день. Теперь он понимал, что отношение к детям здесь вовсе не такое щепетильное, как они пытаются показать, раз оттуда может свободно сбегать шестилетний ребёнок.

Я немного знаю этого мальчика. Воспитатель вздохнула. Это Серёжа Барсуков, хулиган, сбегает от нас, можете себе такое представить.

Михаил не стал делать вид, что удивлён. Но это, наверное, не вина мальчика, взрослый здесь вы. Воспитательница смутилась.

Да, вы правы, конечно, просто раньше у нас такого не было. Я бы всё равно не советовал вам брать его. Дело в том, что вы не сможете усыновить мальчишку, если привяжетесь.

Сейчас начнёте забирать к себе, захочется, чтобы он навсегда остался с вами, а его ведь не отдадут вам. Почему? Удивился Михаил. Я слышал, что его бабушка умерла.

Да, бабушки не стало, и ребёнок попал к нам, но есть ещё мама. Она пропала без вести. Поехала в столицу заработать денег на операцию для своей мамы и пропала.

Прошло больше года, а о её местонахождении пока ничего неизвестно. Мальчик надеется, конечно, но… Михаил пожал плечами. Я не знал.

Но это не меняет сути. Я бы хотел забирать Серёжу по выходным. Пусть играет с Миланой.

Она потеряла маму, ей сейчас нужен друг, а дальше видно будет. Михаил договорился с руководством и поехал на работу. На душе сразу стало светлее.

Оставалось лишь понять, кого видел Сергей на кладбище. Может быть, он выдумал эту историю, чтобы оправдать воровство. На следующих выходных Сергей приехал забрать Михаила.

Мальчику ничего не сказали, чтобы не давать ложных надежд. Увидев дядю с кладбища, мальчишка перепугался. Я больше не брал цветы, честно-честно.

Я знаю, они всё ещё лежат там. Я приехал к тебе по другому поводу. У меня есть дочка твоего возраста, её зовут Милана.

Раньше она тоже жила в этом приюте. Если хочешь, поедем со мной в гости. Побудешь с ней, посмотришь телевизор, поиграете.

Отвезу вас в парк, а послезавтра утром я снова привезу тебя сюда. Забрать насовсем не могу, но можно иногда на пару дней ездить к нам, если захочешь. Михаил говорил это, опустившись на корточки перед мальчуганом, чтобы быть с ним одного роста.

Сергей вздохнул и деловито произнес. Ладно, я люблю парк. Мама раньше возила меня туда, но я уже плохо всё помню.

Я тогда был ещё маленький, а сейчас мне почти семь. Милана и Серёжа быстро нашли общий язык. Михаил провёл замечательные выходные с ними, потихоньку осознавая, что хотел бы забрать Сергея себе прямо сейчас.

Возвращать его было очень тяжело, но Миша пообещал, что заедет на неделю, а ещё спросил, как найти могилку его бабушки и пообещал сам привезти ей новые букет цветов. Сергей же поклялся взамен, что не станет сбегать из приюта. Михаил ещё раз расспросил мальчишку о женщине с кладбища.

Тот говорил уверенно, чётко. Михаил поверил его слова, когда Серёжа вспомнил, что женщина картавила. Катерина плохо выговаривала буквой «р».

Это получалось у неё красиво, как у француженки, и ошибки, получается, быть не могло. Поверить в то, что его жена не умерла, было сложно. Михаил ломал голову

Если она сама инсценировала свою смерть, то почему? Он попросил своего знакомого следователя помочь ему и рассказал о своих подозрениях. Телефонный разговор состоялся поздно вечером. Михаил набрал и спросил, не разбудил ли, а потом объяснил Илье всю ситуацию.

Ты ведь следователь, у тебя мозги под это заточены. Я просто не могу понять, возможно ли, что мальчик действительно видел её? И если да, то почему она это сделала? Может, её кто-то заставил, а? Илья был давним другом старшего брата Михаила. Как-то раз они даже встречали вместе новогодние праздники.

У брата сохранились с Ильей дружеские отношения, так что он был рад помочь. Профессиональному следователю понадобилось всего 30 минут, чтобы разгадать эту загадку. Думаю, что твоя жена пошла на аферу из-за денег.

Всё банально, к сожалению. Её жизнь была застрахована. Выплату обналичил некий Кривцов Геннадий Викторович.

Это имя о чем-нибудь говорит? Михаил выронил из рук телефон, неловко пытаясь поймать его на лету, но не вышло. Подняв трубку с пола, он откашлялся. «Прости, что ты сказал? Кривцов Геннадий? Катя была застрахована? На случай смерти?» В тот момент, когда Михаил понял, что Катя жива, она действительно умерла для него.

Как же она могла? Сколько боли она ему причинила? Я пробил этого парня. Пара приводов за пьяный дебош и на этом всё. Он программист.

Работает удаленно, разведён. Недавно погасил выплаты по алиментам крупную сумму, видимо из тех денег, что получил. А какой была сумма страховки? Достаточно крупной, чтобы пойти на такое.

Я даже удивился. «А у тебя случайно нет адреса этого Геннадия?» спросил Михаил. «Есть, записывай».

На следующий день Михаил стоял на пороге небольшого частного домика. Он готов был поговорить с этим человеком спокойно. Ему просто хотелось узнать, где сейчас Катя.

Нужно было найти её, поговорить, объясниться. Он мог дать ей эти деньги, просто дать и всё. Да, при заключении брака юристы Михаила настояли на том, чтобы она подписала бумаги, по которым не может претендовать на деньги компании.

Другое имущество было приобретено до брака. Возможно, она просто хотела денег, но ведь Миша не отказал бы ей, если бы она просто попросила. Почему же она так сделала? Может, у неё что-то случилось, какая-то беда? Ну, можно же было просто сказать.

Михаил во второй раз нажал на звонок, и дверь перед ним распахнулась. Он увидел перед собой Катю, живую и невредимую. На ней был розовый махровый халат, волосы мокрые, видимо, только что после душа.

«Катя, ты жива?» Он смотрел на неё и не мог поверить. А она как будто не была удивлена вовсе. Вдруг Михаил почувствовал сильнейшую боль на макушке.

Звук удара пронёсся эхом, и он потерял сознание. Позади него стоял Геннадий с бейсбольной питой, который и нанёс удар. Михаил очнулся в подвальном помещении.

Тусклый свет пробивался сверху, где было небольшое окно за железными решётками. Голова гудела, тошнота и паника накрывали волнами. Он сидел на земле.

Руки были туго перетянуты верёвками и немели от того. Ноги тоже были связаны так крепко, что не стоило даже пытаться выбраться. Боль была настолько сильна, что Михаил издал хриплый стон, попытавшись освободиться.

Пальцы плохо слушались. Он понял, что не сможет даже просто встать на ноги. И что за садисты так с ним поступили? Вдруг в памяти всплыла Катя.

Видимо, это сделал её любовник. Надо же, она оказалась совсем не такой, какой он себе её придумал. Живя с человеком годами под одной крышей, оказывается, можно его совсем и не знать.

Что, очухался? – послышалось сзади. Катя вошла в подвал. Она была совершенно спокойна.

Он обернулся. Увидел свою жену. Ты жива? Катюш, я так переживал, я столько плакал, ну почему ты так поступила? Вдруг ему показался этот вопрос максимально глупым.

Он сидит в подвале у её любовника связанной. Почему она так поступила? Ну, видимо, не из большой любви. Да потому что мне надоело жить под одной крышей с человеком, который меня не ценит.

Ты перестал ухаживать, заставил меня вытирать сопли чужому ребёнку. Я не кухарка. А ты всё время требовал домашних борщей.

Я шла за тебя замуж, думая, что ты не настолько бедный, чтобы заставлять меня быть прислугой. Но нет. Тебе, оказывается, нужна была кухарка, посудомойка и няня.

О чём ты? Я просто хотел обычную семью. Нормальную. У нас была уборщица, была няня.

Но, даже если так, зачем? Я ведь тебя похоронил. Ну, у меня документы есть на руках, что ты мертва. Свидетельство о твоей смерти.

Так, Катя, действительно умерла. Теперь меня зовут по-другому. Я живу под другим паспортом.

И ради чего это? Ради денег? Да, ради них. Сейчас Гена как раз забрался в твой сейф. Теперь нам точно хватит, чтобы уехать и жить нормально.

Так, как ты не умеешь, Мишенька. Ты никогда не умел жить. Тебе надо было работать, нужны были сопливые дети, приюты и помощь животным.

Ты мог сколотить огромное состояние. Сколько раз тебе предлагали хорошие взятки. Но нет, ты, со своей честностью, совершенно отстал от жизни.

Сейчас все так живут, а ты — малохольный тюфяк. Ненавижу тебя. Эти слова привели его в чувства.

Он осознал, что она за человек. Внезапно пришла мысль. Лучше бы умерла.

Хотя бы память осталась светлой. Ты меня связала, чтобы обокрасть? Да, я знала, что ты меня найдешь. Мы были готовы к этому.

Только что-то долго ты искал. В любом случае, коды от сейфов я знаю хорошо. И что ты со мной сделаешь потом? Убью.

Ты пропадешь без вести. Понял? И все. А я уеду.

И все подумают, что ты просто забрал деньги и смылся. Никто не подумает на покойницу. У Миши в голове возник образ Сергея и Миланы.

Как же они без него? Следователь, через которого я тебя нашел, знает, что ты жива. Тебя поймают и посадят. Катя, не делай глупости.

Убийство надолго лишит тебя свободы. Бери деньги и уходи. А у меня ведь останется дочь.

Ты знаешь это. Нет у тебя дочери. Милане объективно будет лучше в приюте.

Убить тебя – моя мечта с самого дня нашей свадьбы. Ненавижу таких, как ты. Ты испортил мне жизнь.

Михаил искренне не понимал, почему она так обозлилась на него. Да, не все было гладко, но не настолько же. Катерина ушла, а он стал думать о том, как выбраться.

Осмотрелся, испробовал все возможные способы. Кричал, звал на помощь, но никто не пришел. Отчаявшись, Михаил начал молиться.

Затем решил пойти на хитрость, попроситься в туалет, но на его зов вновь никто не пришел. Только ближе к вечеру Катя и ее любовник спустились в подвал. «Все, дружочек, просыпаемся, пора умирать», злобно произнес темноволосый мужчина с узенькими карими глазками.

Михаил попросился в туалет, но его просто закинули в багажник машины. Геннадий оказался сильнее, чем казался с виду. Он поднял связно у Михаила и с легкостью ложил в багажники.

При этом Михаил сильно ударился, ноги и руки адски болели от веревок. Дорога его швыряла внутри. Он отчетливо понимал, что это его последние минуты жизни.

Что делать? Он стал вспоминать самые счастливые моменты своей судьбы. Что-то из детства, что-то из подросткового периода. Победы на олимпиадах, улыбка самой красивой девочки в классе, красный аттестат с медалью.

Дальше, взрослая жизнь. Армия, куда Миша пошел по собственному желанию. Там было тяжело, и он много раз жалел о своем решении служить, но в итоге теперь гордился собой.

Дальше все хорошие воспоминания были связаны уже с Катей, а после этого с Миланой, Сережкой. Как же они теперь без него-то будут? Его мысли прервал звук затихающего двигателя. Трясти перестало, машина остановилась.

Вскоре послышались хлопки дверей, и спустя минуту багажник открылся. «Ну все, приехали. Говорят, ты жаловался, что могила жены пустая

Сейчас мы это исправим». Какие-то алкоголики подошли к Кате, и та дала им денег. В руках у них были лопаты.

Михаил понял. Его привезли к погосту с обратной стороны, чтобы охрана не видела. Было темно.

Геннадий заглушил двигатель. Будка смотрителя кладбища находилась далеко, докричаться не получилось бы. Миша понял, что если будет кричать, его просто ударят по голове и похоронят уже без сознания.

Удивительно, но этот вечер выдался очень теплым. В такой вечер хотелось неспешно брести по набережной, разглядывать отражения фонарей, а не готовиться к преждевременной смерти на кладбище от рук любящей супруги. Михаила притащили к раскопанной могиле Катерины.

Рядом стоял гроб с прахом, который тогда выдали за ее останки. «Кто бы мог подумать, что ты будешь лежать в моей могиле, да?» усмехнулась Катя. Миша понял, что она сумасшедшая, и как он мог с ней так долго жить, не замечая этого.

«Знаешь, я рыдал на этой могиле. Я хотел к тебе. Думал о том, что готов умереть и лечь рядом с тобой.

Настолько мне было больно», — признался Михаил. Несмотря ни на что он любил ее, очень любил. Его слова задели Катю.

Она испуганно посмотрела на любовника. Тот понял, что она сейчас расчувствуется и может передумать. Все же что-то человеческое в ней еще оставалось.

«Иди в машину, я сам тут закончу», — сказал Гена. Катя кивнула и ушла, опустив глаза. Дальше Михаила бросили в гроб и начали заколачивать.

У него началась паника. Вот и все пронеслось в голове. Он изо всех сил тянул руки и ноги.

Веревки врезались так сильно, что уже пропитались кровью. Потом гроб просто скинули в могилу. Михаил потерял сознание от удара.

Когда он открыл глаза, то услышал, что сверху кидают землю. Он закричал, что было сил. И в этот момент все стихло.

Какое-то время ничего не происходило. «Может, меня уже закопали?» — подумал он. Вдруг на крышку гроба кто-то наступил.

«Помогите, помогите!» — в панике кричал Миша. В следующий миг крышку гроба со скрипом открыли. Он увидел перед собой лицо незнакомого бородатого мужчины.

В руках у него была лопата. Наверху, над могилой, стоял Сережка, хлюпая носом. «Ну и что б ты без меня делал?» — спросил он гордо.

Гробовщик помог Миша выбраться из могилы. Оказалось, Сережка не послушался и сбежал из детдома на могилу к бабуле. Мальчишки его обидели, весь день дразнили, обзывали, и он не выдержал и сбежал.

Просидел на ее могилке до позднего вечера и уже собирался уходить, как увидел, что Михаила тащит по кладбищу какой-то незнакомец. Позади шла та самая женщина, которую он уже видел тут раньше. Сережа, что было сил, побежал к будке смотрителя и тот уже пришел с лопаты к Геннадию, подошел сзади.

Тот не видел его, был очень занят, закапывая живого человека. «У нас так не принято», — сказал смотритель и ударил Гену сзади лопатой по голове. Тот упал на землю без чувств и лежал там ровно до приезда полиции.

Собственно, Кате Михаил тоже не дал сбежать. Увидев, что он выходит из ворот, Катерина пересела за руль машины Геннадия и попыталась уехать, но Михаил перегородил ей дорогу собой. Он уже понял, что она только на слова хочет его убить, переехать его ей не хватит духа.

Так и Гену и Катю в тот вечер арестовали. Дома у них нашли сумку с деньгами из сейфа. Смотритель кладбища дал показания, а Сережка до глубокой ночи пробыл с Михаилом.

Когда все закончилось, он позвонил в приют и рассказал историю. «Я его забираю. Без разницы, опека это будет или усыновление, надеюсь, вы не станете возражать.

Мальчик мне на самом деле жизнь спас. Я не смогу его теперь бросить». Няня пробыла с Миланой всю ночь.

Михаил извинился перед ней, заплатил ей сверху за переработку и отпустил домой. Сережка и Милана ночевали в детской. Сережа уже привык спать на небольшом диванчике рядом с кроватью Милы.

Михаил так и не заснул. Из головы все не шли эти события. А где бы он был сейчас, если бы не Сережа? Кислород уже закончился бы.

Он сейчас как раз бы умирал бы там, под землей. Ближе к утру он все-таки погрузился в глубокий беспокойный сон, а проснулся с криком. Ему снился гроб, звуки земли, бьющиеся о крышку.

Дождь целил, как из ветра. Сережа с Миланой тихонько смотрели телевизор в спальне. Михаил долго размышлял над тем, как лучше поступить.

Чтобы забрать мальчишку, нужно было убедиться, что мать его точно не объявится. Он уже чувствовал, что привязался в Сереже. Мальчишка был очень любознательным, таким вежливым, таким самостоятельным для своих-то лет.

Будто взрослый человек, только и с детским голоском. Михаил пил крепкий чай без сахара и смотрел, как капли монотонны стекали по стеклу, сменяя друг друга. Надо же, столько всего произошло.

Еще вчера он болел по Катерине, переживая боль утраты, а сегодня почти ненавидел ее. Вчера он бы все отдал за то, чтобы увидеть ее живой, а сегодня многое променял бы на то, чтобы все осталось по-прежнему. «Алло, Валентин Семенович, это Миша Баринов, да.

Добрый день, богатым буду», — рассмеялся он в трубку. На его лице была трехдневная щетина, бриться не было ни сил, ни желания. Он связался со своим старым знакомым и попросил его помочь.

Валентин Семенович был человеком крайне занятым, совмещал службу в органах и деятельность частного детектива. Имея завязки во всех важных отделах, он мог без труда найти человека, даже если тот уехал за границу. К нему часто обращались те, кто не мог найти своих близких.

Михаил рассказал, что хочет найти маму Барсукова Сергея. «Пока она отчислится пропавшей без вести, мне не дадут усыновить Сережку». «А не легче ли дать на лапу тем, кто решает вопросы усыновления? Пропала без вести, к тому же давно.

Сколько прошло? А, два года? Да ты что?» «Нет, у меня в этом деле другой интерес. А вдруг с ней что случилось? Мальчик скучает по ней, то и дело мне рассказывает, какой она была замечательной. Хотелось бы все-таки ее найти, но если умерла, то усыновлю ей дело с концом».

«Ладно, пробью по своим каналам. Только ты имей в виду, я не всесилен. Порой такие дела остаются глухарями

Но, как подсказывает мне мой опыт, мамка просто бросила ребятенка, а сама занимается бог весь чем в столице. Она ж туда уехала». «Да, это произошло 28 декабря, под Новый год.

Села в поезд и все. А где вышла, никто не знает». «Поезд, говоришь? Ах, сколько людей повыбрасывали из поездов-то в девяностые».

«Да сейчас-то не девяностые. Будем надеяться на лучшее». «Хорошо, на связи».

Михаил ждал ответа от давнего приятеля больше недели. Все это время занимался работой из дома, удаленно, лишь изредка заглядывая в офис, чтобы проверить все ли в порядке. Сотрудники справлялись на ура и не беспокоили начальника по пустякам.

Наконец, поздно вечером в его доме раздался долгожданный звонок. «Я нашел маму Сергея. Барсакова Инна сейчас лежит в родильном доме на окраине города.

Заведение бюджетное, обслуживание оставляет желать лучшего. По моим данным, она решила стать суррогатной матерью. До этого долгое время провела в больнице.

Лечилась от амнезии, но при выписке все еще ничего не помнила, так сказано в карте. Какое-то время жила с Авериным Игнатом, он работает санитаром в той самой больнице, где Инна проходила лечение, а затем стала суррогатной мамой для бездетной пары. Это была семья, которая незадолго до родов Инны попала в автокатастрофе в полном составе.

Бабушка, дедушка, муж и жена. Инна пока в роддоме, тяжело перенесла роды. По моим данным, у нее тройня».

Михаил был шокирован. Вот это да. Как же она решилась на такое? Неужели память к ней не вернулась и она попросту не помнит свою мать и сына? «Амнезия, говоришь?» задумчиво протянул Михаил.

«Да, так сказано в карте больного. У нее там какие-то странности с паспортом. Она его восстанавливала.

Установила медицинский полис, снился, а свидетельства о рождении сына не запрашивала. Может, она не была утеряна, кто-то нарочно вычеркнул ребенка из ее документов. Темная история.

Жаль девчонку, двадцать шесть лет, а у нее на руках трое чужих детей. И податься, похоже, некуда. Да вот мужик, с которым она жила в городе, Игнат, по моим данным, покинул страну.

У него бабуля в Израиле, направился туда. Видимо, разбежались». «Спасибо огромное.

Скажешь адрес?» «Конечно, пиши». После этого звонка Михаил долго сидел и смотрел в одну точку. Уложить в голове все сказанное было крайне сложно.

Он смотрел, как Сережка чистит зубы в ванной. Тот делал это тщательно, видимо, мама приучила. Ужасно хотелось сказать ему, что она жива, что завтра они все вместе поедут к ней, но он промолчал.

На следующий день Михаил взял Сережу с Миланой и отправился по указанному адресу. Благо, дорога не была слишком долгой. Они доехали за несколько часов.

Михаил не знал, как сказать пареньку, что они едут к его маме. А вдруг его друг ошибся, и там окажется не она. Довольно с ребенка травм.

«Мы едем навестить одну мою хорошую знакомую, да? Ну ладно». А детям много и не надо. Всю дорогу они пили соки и смотрели мультфильмы на планшете.

Вскоре на горизонте показался родильный дом. Это было старинное двухэтажное здание из красного кирпича. Явно не от хорошей жизни Инна туда попала.

Вероятно, не хотела огласки. Суррогатное материнство не особо-то афиширует, а может, просто не было денег на хорошую клинику. Странно это.

Роддом стоял на отшибе в самой глуши. Вокруг были какие-то руины, степи до посадки. «Ну вот, приехали, выходим».

Михаил открыл дверцу машины, и дети выскочили наружу. Подойдя к дверям роддома, он наткнулся на пожилую полную женщину в халате. «Здравствуйте, Савельева Инна здесь лежит?» — спросил он тихонько, пока Сережка отвлекся, разглядывая старинную деревянную резную дверь.

— Да, тут очки, проходите. А вы отец близнецов выходят? Слава богу, нашлись. А то роженица уже готова была писать отказную.

Говорила все, что никому она не нужна с тремя детьми. Михаила и детей одели в специальные гостевые халаты. В палату Кенни не пустили, разумеется, велели ждать в небольшом обшарпанном коридорчике, где разрешены были свидания с родственниками.

Пошатываясь, туда вошла худощавая голубоглазая блондинка с короткими волосами по плечи. Она была бледна, но даже без косметики, в халате и тапочках была невероятно красива. Михаил улыбнулся, глядя на нее.

Он ожидал замученную домохозяйку, но никак не куклу Барби. — Мама! — крикнул Сережка и едва не сбил Инну с ног. В ее глазах промелькнуло недоумение.

Мальчишка обнял ее так сильно, что Инна на мгновение потеряла равновесие. Михаил вскочил, чтобы поймать ее, но она удержалась на ногах. — Ты нашлась? А где ты была? Я так скучал.

Мамочка! — Сережка горько плакал. Инна посмотрела на него с удивлением. Затем в ее глазах будто что-то промелькнуло.

Она словно вернулась в тот самый день, когда в последний раз обняла сына на пороге своего дома. Ее пожилая мама вложила в ее руки деньги на дорогу и проживание в столице и улыбнулась. Еще сказала тогда.

— Все будет хорошо, мам. Я заработаю, сделаем тебе операцию, и будешь еще бегать как молодая. Матери требовала сосудистой хирургии.

Довольно дорогое удовольствие. Специалистов хороших мало, а подходящее оборудование можно было найти только в столице и области. Инна боялась, что мама не продержится, ожидая квоту

Врачи констатировали, что ее состояние ухудшается день ото дня. Возраст давал о себе знать. Нужно было оперировать и быстро.

Инна уехала, оставив маму и сына. Дорогой смотрела в окно и старалась думать о том, как будет ухаживать за матерью после операции. Вместе с ней в вагоне сидел какой-то угрюмый тип, молодой парень.

С ним была пожилая женщина, которая попросилась поменяться с ней местами. Бабушке тяжело и страшно было лезть на верхнюю полку. Инна уступила, подумав, что, возможно, и ее маме кто-то также поможет однажды.

Инна помнила, как объявили очередную станцию. Она подскочила. Поняла, что задремала.

Стала быстро собираться. За окном поезда было совсем темно. Тусклые фонари освещали какую-то придорожную забегаловку.

Поезд встал, Инна вышла. Вместе с ней вышло еще несколько человек. Она не знала местности, планировала дойти до забегаловки и спросить дорогу там, но не дошла.

— Глуши ее, глуши! — послышалась сзади. Инна обернулась, но ничего не успела разглядеть. В этот момент она получила сильнейший удар по голове.

Дальше все было как в тумане. Она урывками вспоминала, как приходила в сознание, видела грязь, чувствовала дикий холод, не могла пошевелиться и произнести слово. Вокруг не было никого.

Она лежала долго, не помнила даже сколько точно. Было холодно, лил ледяной зимний дождь. Затем очнулась уже от того, что кто-то перекладывал ее на носилки.

— Жива еще? — услышала над собой голос. — Давайте ее скорее в машину, кто знает, сколько она тут уже лежит. Стало чуть теплее.

Инна снова отключилась. Затем очнулась уже в больнице. Она и не помнила, как ее помыли и переодели в теплое и сухое.

Ей было уютно. Из руки торчали трубки. — Тошнит.

— слабо произнесла Инна. Санитар, находившийся тогда в палате, принес ей утку. Инна думала, что ее стошнит от головокружения, но этого не случилось.

Затем началось лечение. — Что вы можете вспомнить? — спрашивал дотошный пожилой врач с черными усами. — Инна.

— Меня зовут Инна. — А больше ничего не помню. — А где вы живете? — Не помню.

— Родные? — Не знаю. — Какой сейчас год? Инна посмотрела на доктора удивленно. — Я ничего не помню.

У нее началась паника. Она стала глубоко дышать. Врач позвал медсестру и сделал ей укол.

Восстановление шло медленно. Ей было очень дурно. Кроме того, ей требовались документы.

Главврач настаивала на том, чтобы обратиться в полицию, но Инна говорила, что вот-вот все вспомнит. Она верила, что у нее есть родные, которые помогут. Казалось, память должна уже вернуться.

Порой во сне всплывали лица, образы, ее старый дом и детские воспоминания. Теперь Инна понимала. Память возвращалась к ней в хронологическом порядке.

Первые образы, что она видела во снах, это ее детство. Их собак, бабушка, отец на мотоцикле. Из-за этого Инна решила, что у нее есть муж.

Однако время шло, воспоминания не приходили. — Я могу помочь, если хочешь, — сказал ей как-то санитар. Он заходил к Инне каждый день.

Они просто болтали. Первое время ей было все равно. Потом Инне показалось, что Игнат пытается к ней клеиться, и ей стало неприятно.

Он казался ей фальшивым, доверия не вызывал. Но время шло, а ей нужна была помощь. Инна согласилась, и Игнат через своих знакомых нашел ее.

Сделал фото, и уже через сутки принес ей распечатку ее старого паспорта. — Инна Барсукова, тебе двадцать пять, — сказал он. — Думала, что я моложе.

Инна разочарованно улыбнулась. Она выглядела на восемнадцать, и ей казалось, что так и было. Пока память не вернулась, Инна считала, что является студенткой, что у нее есть семья, может быть, парень или даже муж, ну и, разумеется, друзья, что вся жизнь впереди.

— У меня есть знакомые в местной администрации, поедем туда сегодня, тебе быстро восстановят документы, — предложил Игнат. Ей не хотелось с ним никуда ехать, но ей необходимы были ее паспорт и медицинский полис. Пришлось согласиться.

Дорогой парень рассказывал о себе, что пережил тяжелые расставания, что бывшая хотела от него только денег и бросила его, ведь он обычный санитар, не смог окончить медицинский, к нему предвзято относились преподаватели. Игнат помог восстановить документы. Только он умышленно утаил один важный момент, что у Инны был ребенок.

Также он соврал ей, что мама Инна умерла, хотя в то время она была еще жива. Сказал так, чтобы она не уехала. Игнат все время признавался в любви и в итоге уговорил поехать к нему.

Так они начали жить вместе. Мало-помалу Инна привыкла к нему и у них начались отношения. При этом Игнат все время торопил ее с работой.

Ему было важно, чтобы у них было много денег, чтобы Инна зарабатывала. Порой давал ей задания, расклеить плакаты, раздать листовки или сделать массаж за деньги соседки. Инна бралась за все, ведь она и так жила у него бесплатно.

Она не могла работать полноценно. Головные боли и слабость после серьезной травмы долго давали о себе знать. Здоровье было подорвано.

Спустя полгода, когда Инна уже стала ходить на собеседование, Игнату в голову пришла другая идея. Инна помнила, что он вернулся домой в приподнятом настроении. У нас в больнице сегодня прошел слух, что одна пара ищет суррогатную мать.

Женщина бесплодна, у нее все вырезали по-женски, а муж хочет иметь детей. И они договорились с нашими, а те пообещали провести процедуру в условиях больницы. Это проще, чем настоящий ЭКО, там просто

Вот твоя яйцеклетка и его материал, например. Выносила, родила, получила бешеные бабки. Слушай, за девять месяцев столько не заработать, да даже за несколько лет.

Они готовы хорошо платить, и это обеспечит нас. Поменяем квартиру, сыграем свадьбу шикарную. Давай, а? Инна наотрез отказывалась.

Игнат же устроил скандал. Припомнил, что она живет у него на халяву. Она решила уйти, собрала вещи и просидела на скамейке полдня.

Вскоре Игнат спустился к ней с чашкой горячего кофе. Всем было ясно, идти ей некуда. Прости меня, ты слишком серьезно относишься к этому.

Ты молодая, возраст подходит еще, здоровая. А если ты не согласишься, эта пара, возможно, останется без детей навсегда. Это же благое дело, самопожертвование.

Тебе на небесах зачтется, и деньги честно заработаешь, и никуда не нужно ходить. Сиди дома, пей витамины, доставай кровь на анализы. А потом тебя платят и восстановление.

Ну а через годик мы с тобой своего малыша родим. Ну подумай просто, ладно? Я давить больше не буду. Пойдем домой.

Инна не хотела возвращаться, но ей было решительно некуда идти. В итоге она дала свое согласие. Ей провели простую процедуру в больнице, а вскоре узнала, что беременна от незнакомого мужчины.

Нет, она его, конечно, видела, пара была безмерно благодарна ей, а не то и дело звонили и узнавали, как она себя чувствует. Ты молодец, умница, смелая такая. Знаешь что, купим тебе машину.

Говорил Игнат, считая, что вправе распоряжаться деньгами, которые полагались ей. Первые выплаты пошли на обследование продукты, витамины. Игнат любил держать деньги у себя, а Инна же то и дело тошнила.

Беременность проходила тяжело. У отца ребенка оказалась какая-то редкая группа крови. Таких людей в мире наперечет.

У Инны отрицательный ресурс-фактор, что повлияло в ее случае негативно. Почти всю беременность она провела на сохранении. У нее развелась депрессия.

Игнат же почти не приходил. Но Инна была даже рада этому. Она осознала, что не хочет быть с этим человеком, что была с ним от безысходности.

Порой она поражалась сама себе, как согласилась стать суррогатной матерью. Думая о том, что ей придется отдать своих детей другой женщине и никогда их не видеть больше, она готова была покончить со всем. К тому времени она уже знала, что носит тройню.

Игнат тогда лишь пожал плечами, когда узнал. Пусть доплачивают или сдают детдом. Пара же обрадовалась новостью о том, что детей будет трое.

Инна спросила, не дадут ли они одного малыша ей. Но заказчица наотрез отказалась, даже нагрубила. Инна долго плакала, но в итоге смирилась.

Дети останутся с отцом и этой крикливой женщиной. В день, когда ей сообщили, что вся семья биологического отца попала в страшную аварию и никто из них не выжил, Инна была в шоке. Она гладила животик и думала, как быть дальше.

Теперь она осталась с детьми один на один. За день до этого ей перевели деньги, чтобы она ни в чем не нуждалась. Платили жалование и обещали крупную сумму, когда она передаст малышей.

Игнат, нужно встретиться. Позвонила ему Инна. Она знала, что он снял все деньги, нужно было что-то решать.

Инна взяла его за руку. Артем и вся его семья погибли, детей забрать некому, теперь они наши. Ей нужна была его помощь и она решила, что попробует начать все сначала.

Дети все изменят в их жизни и они станут настоящей семьей. Инна понимала, что это снова решение от безысходности, но другого выбора у нее не было. Что? И выплат не будет? А прервать уже поздно, да? Он жутко расстроился.

Ругался, ходил по палате взад-вперед. Инна непонимающе смотрела на Игната. Они же мои.

Это биологически мои дети. Какое прерывание? Я через два месяца уже могу родить. Их трое, они родятся раньше срока.

Игнат покачал головой. Я понял, понял. Ладно, просто напишешь отказную.

Эти малыши остались сиротами и ничего тут не поделать. Их мать и отец разбились, а у нас с тобой будет свой малыш. Или можем попробовать снова, найдем другую пару и ты родишь для них.

Или можем попробовать продать детей, ведь сейчас многие хотят усыновить новорожденных, а у тебя целых трое на руках. Джекпот. Точно.

Инна встала с постели, хоть это было и тяжело, подошла к Игнату и влепила ему пощечину. Он тут же ударил ее в ответ. Она вскрикнула.

А ты думаешь, я буду загибаться на работе, чтобы чужих детей кормить? Они мне не нужны. Да и ты, знаешь что, катись. Игнат не вернул ей деньги.

Оставил без средств к существованию. Инна провела в больнице все время до самых родов. Врачи были в курсе ситуации и не выставляли ее, оставив на сохранении.

Затем долгожданная Кесарева. Какое-то время после родов Инна провела без сознания. Затем просто лежала в роддоме, восстанавливалась.

Малыши тоже были очень слабы и набирали сил. Теперь же к ней ворвался Сережка. И ей хватило одного объятия, чтобы все вспомнить

Инна крепко сжимала его, и воспоминания тревожили память. Как бабушка, Сереж? — спросила она. Михаил и Милана все еще сидели, но Инна их почти не замечала.

Она не переставала обнимать и целовать сына. — Мам, она умерла. Инна расплакалась.

Михаил рассказал ей всю историю. От момента, когда вычислил воришку с кладбища и до того, как решил его усыновить, а ее нашел здесь, в этой больнице. Инна же рассказала ему обо всем, что случилось с ней.

Они общались до самого вечера. Сережа и Милана едва не заснули на кушетке. — Знаешь, я поговорил с врачом, он готов тебя отпустить.

Поедешь домой? — спросил он. — В ночь? Может, утром? Да и как ехать-то, у меня даже переносок нет. — Но ничего страшного, я обо всем позабочусь, не переживай.

Михаил с детьми остановились в гостинице, а утром проехались по магазинам. За Инной он заехал уже с переносками. Купил все, что может потребоваться деткам в первое время и отвез их не в их маленький домик, а в свою роскошную квартиру.

У него было две свободных комнаты и огромное желание узнать Инну поближе. Она понравилась ему с первого взгляда, а Инне снова приходилось действовать, исходя из обстоятельств. Только на этот раз ей было по-настоящему приятно.

Михаил был ей симпатичен, помогал ей бескорыстно и даже не думал ее использовать как Игнат, принимал такой, какая она есть. Михаил и Инна медленно сближались. Ему хотелось скорее возвращаться домой с работы, а Инна ждала его, обеспечивая домашний уют.

— Сегодня на ужин будет кое-что вкусное. Можешь купить морской капусты? Я читала, что она хорошо сочетается с тем, что я приготовлю. Улыбаясь, говорила Инна.

Михаил тоже улыбался. — Хорошо, как скажешь. Что-нибудь еще захватить? Инна пожимала плечами.

— У Женечки опять температура. Странно, что Гриша и Тимофей от него не заразились. Он ведь давно уже болеет.

Надо снова показать ему доктору. Может, к другому сходим? Михаил отвез Инну в больницу следующим утром. Они сидели в коридоре и держались за руки.

Инна очень переживала. Что-то долго они… Мальчику делали МРТ. Врачи не могли понять, что с ним.

Когда доктор наконец вышел, Инна вскочила и подбежала. — Диагноз поставили, не волнуйтесь, это лечится. У него оказалось редкое генетическое заболевание и довольно редкая группа крови.

Мы такие операции делаем по квоте для детей. Можно, конечно, еще и платно в одной клинике, я там тоже смены беру. Это будет быстрее.

Проблема в том, что у сына вашего очень редкая группа. Без запасов такой крови делать операцию рискованно. Инна схватилась за голову, а Миша улыбнулся.

— Ну, тогда вам повезло, у меня такая группа. Инна обняла его так крепко, что у Миши перехватило дыхание. — Так-так, но сначала все-таки сделаем тест, не торопитесь радоваться, — сказал доктор.

Кровь подошла. Врачи провели еще несколько анализов на совместимость, в итоге сообщили странную новость. — Ребенок имеет схожее ДНК с вами, а если отец не вы, как вы утверждали, то это может быть только ваш близкий родственник, брат, например.

Нам действительно с вами повезло, можем оперировать хоть завтра. И пока Инна сидела в больничном коридоре, молясь, чтобы все прошло успешно, Михаил говорил по телефону с тем же самым детективом. Валентин Семенович пообещал помочь разобраться в ситуации и сделал это крайне быстро.

Операция еще не закончилась, когда он перезвонил и спросил. — Миш, а ты в курсе, что тебя усыновили? — Михаил пожал плечами. — Да, что-то удалось выяснить.

— Я поднял документы. В приют ты попал, с братом. Но вот забрали тебя уже одного.

Вы были с ним двойняшками, рождены в один день. Ты, наверное, знаешь, что твоя биологическая мама умерла в родах. Она сама была приютская, родственников никаких, ей всего семнадцать было тогда

Да, наводил кое-какие справки, но мне ничего не говорили о брате. — Видимо, в роддоме заведующему на лапу дали и ребенка забрали. Вас не должны были разлучать вообще, по закону.

Брата звали… — Артем, — произнес Михаил, вспомнив, как Кэйна называла биологического отца мальчиков. С одного конца коридора, красивой худенькой блондинки с волосами по плечи, шел Михаил и нес ей новость о том, что он является дядей для ее сыновей. С другой, к ней шел врач, сообщить, что операция прошла успешно, патология устранена и больше жизнью и здоровью ее сыночка ничто не угрожает.

Тот день Инна запомнила навсегда. Они с Михаилом наконец признались друг другу в чувствах и решили, что теперь будут парой официально. Спустя время Женечку выписали, тройняшки воссоединились.

Михаил же не смог оставить свое открытие в стороне. Он докопался до правды. Нашел заведующего дома малютки, куда они поступили вместе с братом.

Пришел к нему домой, чтобы посмотреть в глаза. Дверь ему открыл пожилой мужчина. «Вы меня не помните, когда мы с вами виделись, я был совсем мал», — начал Михаил.

Хозяин кивнул и пригласил Мишу в свою квартиру. Рассказал, как отдал его брата богатой паре. «Они заплатили, хорошо заплатили.

У меня тогда проблемы были, долги, жена болела, я просто не мог не взять деньги». Увидев, что заведующий живет в очень скромной квартирке и что он глубоко несчастен, Михаил не стал никуда обращаться. Лишь принял извинения и ушел.

Теперь он узнал правду. Чтобы облегчить жизнь пожилому мужчине, Михаил сказал, что прощает его. Спустя год Инна и Михаил уже были женаты.

С тех пор, как близнецы начали ходить, забот прибавилось, благо выручала няня. Миша официально усыновил всех детей Инны, она же стала мамой для Миланы. Девочка моментально привязалась к ней.

В кате она не видела ничего родного, ничего близкого. А вот Инна полюбила сразу и называла ее только мамой.